21.10.2010

«Газмяс», или «эффективный менеджмент» по-ковровски

«Газмяс», или «эффективный менеджмент» по-ковровски

«Газмяс», или «эффективный менеджмент» по-ковровскиО том, что «прогнило что-то в Датском королевстве», что на Ковровском мясокомбинате не все благополучно, ковровчане догадывались уже давно. Кто-то жаловался на падения качества выпускаемых здесь мясопродуктов, а кого-то волновали слухи о сложной ситуации, в которой оказалось старейшее ковровское предприятие по выпуску колбас и копченых ребрышек. Летом эти слухи подтвердились, СППК «ГазМяс», последний год занимавшийся производством продуктов на этих площадях, 17 августа был признан банкротом.

Сумма долгов, по которым кооператив отказался платить, на тот момент составила приблизительно 14 миллионов рублей, а за прошедшие два месяца увеличилась и лишь растет день ото дня. Впрочем, теперь она может расти хоть до бесконечности. Как сообщили нам в Межрайонной налоговой инспекции №2, перспектив вернуть эти долги – никаких. Фирма – банкрот, там введено внешнее управление и возможности изъять в счет задолженности денежные или другие материальные средства нет. Потому что у фирмы, как оказалось, ничего нет, кроме зарегистрированного юридического лица. Информация от налоговиков, собственно, этим и исчерпывалась. Но неожиданно ситуацию на мясокомбинате взялся прокомментировать бывший начальник Управления экономики горадминистрации, ныне – глава ковровского отделения профсоюза «Соцпроф» Владимир Соколов.

– Владимир Сергеевич, каким образом у кооператива «ГазМяс», которому без году неделя, вдруг оказалось 14 млн долга?

– История эта длится еще с конца 90-х, когда акции Ковровского мясокомбината были аккумулированы в одних руках – конинских. И тогда же, как мне кажется, там началось апробирование различных финансовых схем, всех этих завезенных к нам из Москвы «ноу-хау» по околпачиванию ближнего. Вот самое простое: принять человека на работу, например, по объявлению, с испытательным, так сказать, сроком.  И после двадцати-двадцати пяти дней этой тяжелой работы его уволить, не заплатив ни копейки. Под любым предлогом. Причем, как правило, это были работы самые грязные и тяжелые, такие как чистка выгребных ям и прочее. Впрочем, в период, когда с работой в Коврове была напряженка, такая схема много кем из предпринимателей использовалась. Но на мясокомбинате пошли дальше – стали «комбинировать» уже с налогами и другими обязательными выплатами.

Уход от них осуществляется так. Теми же самыми владельцами мясокомбината (не лично Кониным, конечно, но аффилированными им лицами) учреждается фирма, как бы арендующая помещения и оборудование для производства мясопродуктов. Какое-то время эта фирма работает, производит колбасу, аккуратно переводя всю прибыль своему как бы арендодателю. При этом – копятся долги по налогам, социальным выплатам и прочим обязательным перечислениям. Когда эта сумма достигает определенного предела, договор с этой фирмой расторгается. И тут же мясокомбинат заключает договор с вновь созданной им же фирмой. Люди переводятся в новую, а старая, на которую вешают все эти долги по налогам, зарплате и т.д. – банкротится.

Последняя же схема, примененная на мясокомбинате, еще замысловатее: учреждается СППК «Суздальский». Тот становится учредителем другой фирмы, которая, в свою очередь, учреждает еще одну. Получается этакая матрешка – одно юридическое лицо в другом. Затем фирма, находящаяся посредине, как бы прекращает свое существование, а та, что зарегистрирована последней, заключает имущественный договор с мясокомбинатом. Далее – понятно. Продукция – производится, деньги – мясокомбинату, долги – копятся. А когда наступает время ее банкротства, оказывается, что и спросить не с кого. Связующее звено – разорвано, фирма-учредитель существует только на бумаге.

К слову, в последние годы в поселке Новый было зарегистрировано не менее десятка фирм, в основном, в форме сельскохозяйственных перерабатывающих потребительских кооперативов (СППК). И все – по одному и тому же адресу. И во всех фигурируют обычно одни и те же учредители. Но – не Конин и Поплавский. Эти люди, которые, по общему мнению, заправляют на Ковровском мясокомбинате, нигде своих подписей-то и не ставят. Формально ко всем этим маневрам они не имеют никакого отношения.

Вот примерно такая же история произошла и с «ГазМясом». Раньше существовала фирма «ПИКъ-Агро». Года через два после своего появления она переименовывается в «Грин-ПИКъ 33», а затем, спустя какое-то время – в «ГазМяс». Кроме названия – ничего не меняется. Те же начальники, те же рабочие, то же оборудование и та же колбаса. Теперь же, накопив определенную сумму долгов, около 14 миллионов, этот кооператив объявляет о своей несостоятельности. Директор и главбух – увольняются, работников – увольняют. Часть тех, кто соглашается уйти по собственному, берут в новую фирму, которая организовывается на том же месте теми же людьми. Теперь это называется СППК «Мясной двор», с уставным капиталом – 5 тыс. рублей.

– Все ясно, кроме одного: какое отношение эта свистопляска с образованием юридических лиц и их банкротством имеет к деятельности профсоюзов, представителем которых вы являетесь?

– Самое прямое. Среди работников мясокомбината (не суть важно – как работающая там фирма формально называется в данный момент) – 8 представителей профсоюза «Соцпроф». Наша первичная организация была образована там около года назад. И сейчас мы вынуждены защищать трудовые права членов своего профсоюза. А они, безусловно, нарушаются. Как раз из-за этих пертурбаций с переходом из одной фирмы в другую. Ведь в организованную последней, в ООО «Мясной двор», перевели не всех работников «ГазМяса». Часть их туда уже не взяли – оптимизация производства, дескать. Хуже того, есть такие, кого и из прежней фирмы не уволили. У тех – ни зарплаты, ни возможности официально устроиться на работу. Потому как они не могут получить свои трудовые книжки. Они, так же, как и трудовые договора, остались в «ГазМясе», который теперь – без директора и главного бухгалтера (последний теперь уже – главбух в «Мясном дворе»). Формально, эти люди работают, и им даже, наверное, начисляется какая-то зарплата. Но это лишь так считается. На самом же деле нет даже надежды, что они и реально заработанное-то когда-нибудь получат. Ибо, как оказывается, и ЗАО «Экополис» и СППК «Суздальское», учредители «ГазМяса», сейчас – так называемые отсутствующие должники. От них, кроме печати и долгов, ничего не осталось. И теперь некому и нечем возмещать бывшим работникам ни долги по зарплате, ни социальные выплаты, ни проигранные по трудовым спорам компенсации. Такая вот, подленькая в общем-то, схема… Тех, кого не взяли в новую организацию, человек где-то пятнадцать. Пятеро из них обратились за помощью в наш профсоюз. Причем, одна, женщина, недавно родила третьего ребенка. Официально – она в декретном отпуске, но… уже год не получает ни копейки положенного ей пособия по уходу за ребенком. Другой – уже несколько месяцев не может забрать оттуда свою трудовую книжку. Его и не увольняют, и на работу не пускают. Чтобы разрешить такую проблему, мы недавно подали заявление в суд.

Тем не менее, даже если суд примет сторону истца, ни задолженности по заработной плате, ни компенсаций он, вероятно, не получит. С истца, СППК «ГазМяс» – взять нечего, кроме останков старого грузовика, находящегося у него в собственности. Хорошо, если человеку хотя бы трудовую книжку отдадут…

История печальная, но ничего неожиданного в ней нет. Таков уж, видимо, основополагающий принцип бизнеса «по-конински», выраженный жаргонным словечком «кидалово». Кинуть своих работников, кинуть акционеров, кинуть УТТ, всучив ему втридорога некомплектный и ненадежный троллейбус и фантики-векселя вместо денег, кинуть ДРСУ, Первомайский рынок… Список постоянно пополняется. Во всей этой, в общем-то, грустной и некрасивой истории есть лишь один положительный момент. Хорошо, что наш «эффективный менеджер» сейчас уже отстранен от руля городской власти. Иначе – понятно, до чего бы он «дорулил». Сам Ковров вполне мог бы стать таким вот «ГазМясом».


В. МИРОНОВ