Путешествие строптивых коров
07.10.2011

Путешествие строптивых коров

Более 3 тыс. племенных коров из далёкой Австралии получили животноводческие хозяйства Амурской, Еврейской областей и Бурятии
В Амурскую область по железной дороге приехала самая большая партия – 2600 голов. Наш корреспондент встречал этот мычащий груз.

С громким скрежетом открывается большая железная дверь, и мы входим в вагон. Яркий солнечный свет прогоняет сумрак. За изгородью у противоположной стены прижались друг к другу и недоверчиво смотрят на нас влажными глазами чёрные, как уголь, коровы-«иностранки». На ушах у них номерки. Они оставили позади тысячи километров пути – по океану и суше.
С начальником отдела животноводства министерства сельского хозяйства Амурской области Николаем Лисиченко мы наблюдаем за выгрузкой скота на станции Шимановская Забайкальской дороги.  

– Из австралийского Портленда в российский порт Ванино на Дальнем Востоке их везли на корабле. На специальном, для длительной транспортировки животных. На большом, пятипалубном, – говорит он. 

В этот момент я мысленно представляю это огромное судно. Что-то вроде Ноева ковчега. 
Пока ждём грузовик от фермерского хозяйства, интересуюсь: 

– А вагоны для перевозки бурёнок, наверное, какие-то особенные? 

– Они обычные крытые, деревянные или железные для перевозки груза. Но чтобы животные не поранились какими-то выступающими деталями, вагоны внутри обшили досками, – объясняет Лисиченко и одновременно быстро набрасывает для меня карандашом на клочке бумаги схему «фермы» на колёсах. Никаких замысловатых технологий нет, всё просто. Вагон разделили перегородками, за которыми и путешествуют бурёнки. У изгородей – две бочки с водой и сено. 
– Кормом и питьём для коров запаслись ещё в Ванине. Также дополнительно поили животных на некоторых станциях. Всё просчитано, сколько и чего нужно. К примеру, полагается не менее 10 кило сена на голову в сутки. Что касается скопившихся навоза и остатков корма, после выгрузки животных всё это на определённых станциях собирают на середину вагона. Затем его вычищают и тщательно промывают, – продолжает Лисиченко. 

В пути коров сопровождает рабочий-скотник из хозяйства, где ждут животных. Он их поилец и кормилец. Рабочего снабжают спецовкой и сухим пайком. Ест и спит он там же, в центре вагона, на сене. Ему выдают фонарик, ведь вагон без окон. Свет ещё проникает  через узкую щель приоткрытой и накрепко зафиксированной двери. Конечно, это вам не комфортное купе. Но ведь и эшелон к месту назначения прибывает быстро, так как идёт всё время по «зелёной улице». Максимум двое суток до нужной станции. 

– Железная дорога хорошо сработала, оперативно. Поезда шли без задержек, а в Белогорск груз вообще прибыл на день раньше, – замечает Николай Лисиченко. 
Австралийских коров в порту Ванино погрузили в 148 вагонов и отправили тремя эшелонами на станции назначения. 

– А почему предпочли железнодорожный транспорт? – спрашиваю я.

– На поезде можно перевезти животных гораздо больше, чем на авто, и быстрее. Да и скот поездки по магистрали переносит гораздо спокойнее – ведь в вагоне не качает из стороны в сторону и бензином не пахнет, – отвечает Николай. 

Передачей, организацией доставки скота и вопросами кредитования занималась компания «Росагролизинг». Для сельхозпредприятий привезли тёлок, быков и нетелей двух пород – абердин-ангусской и герефордской. Это породы мясного направления, они невысокие в холке, коротконогие, но массивные. Отличаются окраской: ангусы – чёрные, а герефорды – красные. Говорят, на их исторической родине, в Англии, два графа, которые жили по соседству, вывели таких разношерстных коров, чтобы не путаться, где чьи. Эти животные впоследствии стали основой производства мяса в Америке и Австралии.

– Выход говядины у герефорда до 60%. Но, конечно, зависит от того, как животное кормить. Мясо от скота этих пород отличается так называемой мраморностью. По вкусу и биологической ценности оно гораздо лучше, чем у молочного направления. К тому же животные неприхотливые, хорошо переносят низкие температуры, поэтому не нуждаются в капитальном утеплённом помещении, – со знанием дела объясняет Лисиченко.
В этот момент рабочие собрались перегонять коров в подъехавший грузовик с высокими бортами. Однако сделать это оказалось не так-то просто. Или от природы характер у «иностранок» буйный, или долгая поездка взаперти сказалась, но первая попытка загрузить коров в машину не удалась. Они забились в угол и начали отчаянно лягаться.

Один из дюжих парней получил копытом в копчик. Звонко ойкнув, он отпрыгнул назад, потирая ушибленное место. Голыми руками тут не справиться. Покурили, посоветовались. Кто-то кивнул на полутораметровые, сколоченные из досок щиты. По ним  перегоняли коров в машину или отгораживали место перегона. 
Рабочие приободрились. Вооружившись деревянными конструкциями, словно римские легионеры, они пошли на штурм. В конце концов им всё-таки удалось переправить строптивых животных в грузовик. Но одна из коровок умудрилась пролезть через узкую щель между вагоном и машиной и, почуяв свободу, припустила вдоль железнодорожного полотна. Дорогую беглянку кинулись ловить все, включая начальника отдела животноводства Минсельхоза. 

– Слева заходи. Давай наперерез! – вопили с разных сторон.

Но далеко прыткая тёлочка не убежала. Соорудив из длинной верёвки подобие лассо и хищно прищурившись, недавно ушибленный парень ловко заарканил беглянку. Её быстро вернули к товаркам. 

– Что поделаешь, дикая, в австралийских саваннах выросла, – объясняет раскрасневшийся и слегка запыхавшийся от погони Николай Лисиченко. 
В эти самые саванны отбирать коров в первом квартале 2011 года ездили специалисты министерства сельского хозяйства Амурской области. От одного хозяйства до другого на пикапе им приходилось колесить по девять часов в день. Плотность населения в Австралии маленькая, и фермеры друг от друга живут далеко.

– У каждого там свои обширные угодья и по 40 тыс. голов скота только на одну семью – представляете! А у нас на всю область 95 тыс. в среднем, – поднимает вверх палец начальник отдела, таким жестом, видимо, заостряя моё внимание на огромной разнице. 
И по цене с иностранцами договорились быстро – одна тёлка стоит около $3000.
В Амурском министерстве сельского хозяйства цену считают вполне приемлемой. К тому же к местным климатическим условиям эти коровы неплохо приспосабливаются – опытом разведения абердин-ангусов с амурчанами восемь месяцев назад поделились фермеры из Калуги.

Самую большую партию этой породы – 693 головы приобрело крестьянско-фермерское хозяйство «Данилов» из Свободненского региона Амурской области. 
– Как «иностранки» перезимуют, посмотрим. У нас климат всё же суровее, чем в Австралии. Но всё необходимое – корма и прочее – есть. В будущем, возможно, ещё заграничный скот приобрету, – заметил глава хозяйства Павел Данилов. 

Какое-то время коровы будут в карантине. Всё это время тревожить их нельзя – им нужно как следует отдохнуть и привыкнуть к новому дому.
А перевозить животных для магистрали, как позже выяснилось, дело и хлопотное, и прибыльное одновременно.

– Найти, собрать вагоны очень нелегко. Они ведь ещё должны соответствовать такому специфическому грузу. При перевозке задействовали вагоны Забайкальской и Дальневосточной дорог. Также нужно было запастись кормами, дать распоряжения на станциях, чтобы поили скот. Наконец, убирать навоз. Всем этим занимаются на магистрали разные службы. Затраты при подобных перевозках очень большие. Но, с другой стороны, это выгодно. Чем больше перевозок, тем больше денег получает дорога. Мы готовы и дальше помогать сельскому хозяйству в таких поставках, –  рассказала и.о начальника линейного агентства фирменного транспортного обслуживания в Белогорске Наталья Митькина.